«Железный закон» смены элит диктует в Кыргызстане региональный фактор

Учёт регионального аспекта политического устройства Кыргызстана, особенно в системе государственного управления, является важным фактором обеспечения стабильности политической системы.

Сначала немного истории. В послевоенные годы Киргизскую ССР возглавил представитель «ичкилик» – южного объединения нескольких племён и родов – Исхак Раззаков. Его на посту первого секретаря ЦК Компартии Киргизии сменил представитель северного (нарынского) рода «сарыбагыш» Турдакун Усубалиев. После него руководить республикой был назначен вновь «ичкиликовец» Абсамат Масалиев.

То, что первым президентом Кыргызстана в 1990 г. стал «сарыбагышовец» Аскар Акаев, можно отчасти считать продолжением московской кадровой политики – в свете появившихся позже публикаций о том, какую роль в этом сыграл КГБ СССР. Ну а приход к власти нового «ичкиликца» Курманбека Бакиева можно отнести к историческому реваншу. Затем в качестве исключения на короткое время пришла представительница рода «саруу», который корнями уходит в Аксыйский район юга страны, Роза Отунбаева, её сменил опять же «ичкиликовец» (по происхождению деда) и северянин по современной идентификации Алмазбек Атамбаев.

Приход к власти временного президента Р. Отунбаевой и ныне экс-президента А. Атамбаева стал проявлением чего-то необычного: представляя вроде как северян, эти политики считаются выходцами из родов, которые исторически относятся к южанам-ичкиликовцам. Переменное сочетание во власти представителей родов демонстрирует, что все время борьба шла между крупными родами «ичкилик» и «сарыбагыш», и только иногда после переговоров страну возглавляли представители других родов.

Более полувека идет долгая игра родов в перераспределение между ними власти. В 1961 г. с приходом на пост первого секретаря ЦК Компартии Киргизии Турдакуна Усубалиева произошло «объединение кланов Нарына («сарыбагыш», к которым принадлежал Т. Усубалиев) и Чуйской области. Кланы Иссык-Куля, Таласа, Нарына, но только не сарыбагышы, не могли продвигаться на уровень центральной власти. Жёсткий контроль был установлен за региональными элитами в Ошской области, которая тогда объединяла весь юг Кыргызстана.

С 1983 г., когда почудились перемены в Москве и во всей большой стране, началась схватка кланов Чуйской и Нарынской областей. Лидерами «нарынцев» выступали семьи Айтбаевых, Молдобаевых, Акималиевых, Садыбакасовых и др. Тогда же произошёл раскол и противостояние внутри сарыбагышей, разделённых на нарынских и чуйских.

К чуйским сарыбагыши относился Султан Ибраимов – председатель Совмина Киргизской ССР. В декабре 1981 г. он стал жертвой убийства, и хотя последнее своими обстоятельствами смахивает на бытовое, на самом деле оно было скорее политическим: Москва стала рассматривать кандидатуру С. Ибраимова на смену тогдашнему первому секретарю ЦК республиканской парторганизации, а это несло угрозу сложившейся конфигурации власти. Поэтому ветер перемен приняли в свои «паруса» Арстанбек Дуйшеев – председатель Президиума Верховного Совета республики и другие. Они пытались проводить свою политическую линию с целью оттеснения Т. Усубалиева и его клановой системы от власти. Их помощниками стали представители чуйского племени солто – Темирбек Кошоев, Кенеш Кулматов, Апас Жумагулов и другие.

Перед завершением эпохи Усубалиева (он руководил республикой 24 года) секретарь ЦК Компартии Киргизии Кенеш Кулматов был приглашён на работу в ЦК КПСС. Так обычно начиналась подготовка возможной смены руководителя республики. Однако в 1984 году Т. Усубалиев, опиравшийся на Генерального секретаря ЦК КПСС К.У. Черненко, с которым вместе учился в партшколе, блокировал эту возможность. Одновременно на его супругу Кулматову Сакен, бывшую последовательно генеральным прокурором и председателем Верховного суда Киргизской ССР, открыли уголовное дело. Однако вскоре сокурсник Сакен Кулматовой по юрфаку МГУ Михаил Горбачев, встав на высший пост в стране, оказал поддержку К. Кулматову. Правда, последний первым секретарём ЦК КП Киргизии так и не стал, будучи переведен на дипломатическую работу. Вместо Т. Усубалиева этот пост занял друг Кулматова Апсамат Масалиев, руководивший до того Иссык-Кульским обкомом партии, представитель южной группы ичкиликов. Чтобы уравновесить пришедших к власти ичкиликов, председателем Совмина республики назначили Апаса Жумагулова, представителя чуйского племени солто.

Во времена А. Масалиева противостояние проходило между двумя кланами – «проусубалиевскими» сарыбагышами и «промасалиевскими» кыпчаками (ичкиликами). А. Масалиеву в Москве оказывал поддержку К. Кулматов. Одновременно укрепили свои позиции чуйские кланы и их представители Апас Жумагулов и Медеткан Шеримкулов (секретарь ЦК КП Киргизии). В сложной ситуации весной 1990 г. А. Масалиев упустил своё время стать президентом, к тому же его позиции были подорваны ошскими кровавыми столкновениями июня 1990 г.

В ситуации борьбы А. Жумагулова и М. Шеримкулова за пост президента они вдвоём решили отложить столкновение за высший пост, допустив временную, как казалось, победу «слабого» кандидата. Аскар Акаев был т.н. «абыла» из рода сарыбагышей. Дело в том, что внутри сарыбагышей и солто в роду абыла есть маленький род под названием «жетикул» («семь рабов»), собранный из попавших в своё время в плен к ойрот-джунгарам (калмыкам) во времена бесконечной войны с ними ещё в XVIII веке.

Из представителей власти к этому роду принадлежит не только Аскар Акаев, в замужестве в него вошла, например, Чолпон Баекова (при Акаеве – глава Верховного Суда, депутат парламента). К абыла относятся род жоочалыш (Темир Сариев, премьер-министр в 2015-2016 гг.) и род когой (Феликс Кулов, премьер-министр в 2005-2007 гг.). По правилам кланового устройства, называемым кыргызчылык, А.Акаев, Т. Сариев и Ф. Кулов никогда не смешаются (по поверью – кровь не сольётся) с потомками условно «великих» родов, т.е. род абыла не будет равным в других родах сарыбагышей. Вот почему главные кандидаты на пост президента в 1990 г. считали кандидатуру А. Акаева слабой и компромиссной. Они тем самым временно откладывали состязание за высшую власть между собой, считая себя «естественными» претендентами на позицию «хана» независимого Кыргызстана.

При вмешательстве жены президента Акаева, происходившей из таласских кланов, Майрам Акаевой к власти пришли следующие региональные элиты, между которыми поддерживался баланс за счёт постоянной ротации кадров на высших управленческих и руководящих постах: чуйско-кеминские, таласские, южные, нарынские.

В 2005 г. южный К. Бакиев сменил А. Акаева. При нём была сделана попытка согласования интересов чуйских и южных кланов.

С приходом к власти в 2010-2011 гг. Алмазбека Атамбаева, несмотря на официально объявленную борьбу с семейно-клановой системой, в кадровой политике неукоснительно следовали принципу баланса представительства региональных элит. Поскольку президент Атамбаев считался представителем северных кланов (хотя это неоднозначно), наличие премьер-министров из северных объединений (Темир Сариев, Омурбек Бабанов) не создавало баланса. Хотя при этом спикером парламента оставался «южный» Асылбек Жээнбеков (брат нынешнего президента). В итоге после ряда коллизий на позицию премьера пришёл Сооронбай Жээнбеков, выходец из южной Кара-Кульджи. В дальнейшем, став президентом, С. Жээнбеков поставил премьером представителя севера нарынца Мухаммедкалыя Абылгазиева.

Итак, при устройстве власти и функционировании политической системы в Кыргызстане следует всегда учитывать три уровня (критерия) кадрового отбора:

  • регион происхождения – северный клан или южный. На практике это важное деление, которое влияет на карьерное продвижение весьма значительно;
  • «племенная» принадлежность – правое и левое крылья, объединение ичкилик. Хотя эта градация становится всё более условной и поддерживается больше знатоками санжыры (исторического родо-племенного устройства кыргызов), но в принятии решений и продвижении кандидатов на посты нет-нет, а проявляет себя;
  • клан или владетельная семья.

В последнее время важным становится т.н. домен. Последний фиксирует круг людей с относительной общностью судьбы, складываясь из друзей-знакомых по совместной учёбе и дальнейшей совместной работе. Причём поддержка друг друга не по деловым качествам, а по принадлежности к «своему» кругу становится важнейшей чертой такого объединения.

Существует определенное распределение власти среди самих региональных политических элит. На него влияют три фактора:

- традиционная система родовых иерархий в регионе;

- политическая история тех или иных элитных групп данного региона;

- уровень экономического влияния и объём ресурсов, которые могут быть потрачены для укрепления региональной власти.

Президентский иммунитет поставлен в Бишкеке под сомнение

С учётом указанных трех уровней и трех факторов, влияющих на распределение власти, в современном политическом режиме Кыргызстана складывается правящая региональная элита. И здесь действует «железный закон» смены элиты, как только к власти приходят выходцы из другого региона. При этом прежние региональные элиты, не говоря уже о местных региональных субэлитах, могут чувствовать себя обделёнными.

Если же уходящий президент пребывает в иллюзиях, что можно «законным образом» передать власть и при этом сохранить своё влияние, то он рискует проиграть. Действовать будет закон смены региональных элит, а вовсе не документ, написанный конституционными совещаниями и формально провозглашённый Основным законом Кыргызстана. И в этом можно будет быстро убедиться, что и происходит прямо сейчас с экс-президентом Атамбаевым.

Влад КОРСАК
Источник: ritmeurasia.org


Комментариев еще нет.

Оставить комментарий