“У Азербайджана нет иного пути, как последовать успешному примеру России”

Интервью корреспондента РиА Вести с политологом, кандидатом исторических наук Олегом Кузнецовым.

- Министр иностранных дел Азербайджана Эльмар Мамедъяров, говоря об итогах 2015 года, заявил, что «в настоящее время вопрос присоединения к Евразийскому экономическому союзу не находится в повестке Азербайджана». А также он заявил, что «со стороны самой структуры или государств-членов Азербайджану никакого официального обращения в связи с этим вопросом направлено не было». Как Вы считаете вступление Азербайджана перестало быть актуальным как для стран ЕАЭС, так и для самого Азербайджана?

- Насколько я помню, Азербайджан никогда особо не стремился быть членом каких-либо военных блоков или экономических союзов, предпочитая на международной арене развивать двусторонние отношения с другими государствами. Если эта страна и является членом каких-либо международных организаций, но они носят открыто политический характер, например, Организация Объединенных Наций и входящие в ее структуру иные международные организации типа ЮНЕСКО, ЮНИСЕФ, МОТ и проч., Организация исламских государств, даже мертворожденный ГУАМ – так и не состоявшийся союз Грузии, Украины, Молдовы и Азербайджана также планировался как политическая организация. Внеблоковый статус страны всегда был доминантой внешней политики официального Баку, поэтому я не вижу ничего нового или удивительного в словам главы внешнеполитического ведомства Азербайджанской республики по вопросу перспектив вхождения его страны в состав ЕАЭС.

Также нельзя забывать еще один немаловажный аспект – наличие не урегулированного на протяжении вот уже 22 лет нагорно-карабахского конфликта, который для Азербайджана объективно является определяющим фактором его внешней политики. На дипломатическом фронте официальный Баку, о чем открыто заявляется во всеуслышание, ведет «холодную войну» против Еревана, что вполне естественно для страны, находящейся де-юре и де-факто в состоянии войны. Главной целью «холодной войны» является исключение Армении из всех возможных многосторонних международных программ в Закавказье и на всем Большом Ближнем Востоке, что Азербайджану с переменным успехом удается. Одним из аспектов этой внешнеполитической концепции является отказ от участия в тех международных структурах, членом которых является Армения, особенно на постсоветском и евразийском пространстве. Именно поэтому Азербайджан дистанцировался и от ЕАЭС, и от Таможенного союза, и от ОДКБ, хотя для России членство этой страны в данных структурах было бы очень выгодно.

Также хочу заметить, что господин Мамедъяров, говоря о том, что «со стороны самой структуры или государств-членов Азербайджану никакого официального обращения в связи с этим вопросом направлено не было», отчасти лукавит или не договаривает всей правды, что свойственно дипломатам. Действительно, в 2015 году таких предложений в адрес Баку не поступало, но это не значит, чо их не было раньше, например, в 2013 году. Такие предложения поступали, но позиция Азербайджана в этом вопросе всегда была непреклонной и напрямую увязывалась с разрешением нагорно-карабахского конфликта на основе принципов международного права, т.е. сохранения территориальной целостности страны и возвращения под ее юрисдикцию оккупированных территорий. Несмотря не то, что ЕАЭС и Таможенный союз являются чисто экономическими организациями, но и на их платформе официальный Баку пытается решать военно-политические вопросы.

Насколько это оправдано, – я не знаю, но факт остается фактом. Безусловно, проблема нагорно-карабахского конфликта является для Азербайджана определяющей, поэтому отказ от участия в международных экономических проектах Москвы, в которых принимает участие Армения, является политическим сигналом Кремлю, что он должен изменить свою позицию в карабахском урегулировании, если стремится к интеграции с Баку в вопросах международного экономического сотрудничества.

- Как будут развиваться российско-азербайджанские отношения на фоне ухудшения российско-турецких отношений? Сумеет ли Азербайджан стать посредником в деле улучшения российско-турецких отношений?

- Не думаю, что российско-азербайджанские отношения претерпят какие-либо изменения на фоне военно-политического кризиса в российско-турецких отношениях. Официальный Баку, несмотря на все декларируемые братско-родственные отношения с Анкарой, демонстрирует сейчас очень взвешенную позицию в данной поистине непростой для него ситуации. В стране присутствует значительный процент тюркофильской интеллигенции, воспитанной в учебных заведениях «Тюрксоя», которая оказывает определенное влияния на внутреннюю политику государства. Безусловно, многие азербайджанские масс-медиа занимают в освещении событий для Ближнем Востоке откровенно протурецкую позицию, что, собственно, и понятно. Но это не означает того, что позиция официального Баку является точно такой же. Отнюдь нет, между Баку и Москвой по-прежнему сохраняется на стабильно высоком уровне нормальный политический диалог, что большей степени должно раздражать Анкару, а не Кремль. Президент Азербайджана Ильхам Алиев, говоря театральный языком, мастерски выдержал эффектную «паузу Станиславского», после чего ему хочется аплодировать и крикнуть: «Браво!».

Также, на мой взгляд, в Баку не выпускают из вида целый комплекс военно-политических и просто внешнеполитических аспектов, окружающих сейчас околосирийский кризис (я этот термин употребляю умышленно, поскольку считаю, что события вокруг Сирии являются не следствием внутренних проблем этой страны, а внешним воздействием на нее). Самым важным аспектом является создание новой антитеррористической коалиции в составе России, Ирана, Ирака и Сирии, к участию в которой отказалась примкнуть Турция. Сего это, по сути, единственная реальная сила, которая способна вести полномасштабную войну против ИГИЛ или ДАИШ не только в воздухе, но и на земле. Иран и Россия – два глобальных соседа Азербайджана, совокупный потенциал которых не оставляет шансов Турции, даже при ее поддержке со стороны союзников по НАТО. А умный в международной политике всегда игранет на стороне сильного.

В первые месяцы 2016 года будут разморожены финансовые активы Ирана в зарубежных банках, что предусмотрено соглашением по иранской ядерной программе, в совокупности – это огромные деньги. Иран уже сегодня заявляет о готовности занять ниши на продовольственном рынке России после ухода с него стран ЕС, США, Австралии, Норвегии, Турции и Украины. В связи с этим возникает вопрос: как будет осуществляться транзит грузов из Ирана в Россию, – через Азербайджан или в обход его границ? Транзит через территорию страны принесет Азербайджану серьезные финансовые поступления, особенно необходимые стране на фоне девальвации национальной валюты. Не понимать всей важности этого обстоятельства в Баку не могут, а поэтому не исключено, что существенно изменившиеся геополитические реалии удержат Азербайджан в нейтральной плоскости в отношении кризиса в российско-турецких отношениях.

Также мы не должны исключать влияния Ирана на этот предмет. После скорого, буквально через месяц-два, «размораживания» активов этой страны в иностранных банках объективно позволит реализовать столь ожидаемый всеми здравомыслящими азербайджанцами и европейцами транснациональный и трансконтинентальный торговый коридор «Север – Юг», сторонами которого, естественно будут Россия и Иран, а Большой Кавказ превратится в главную транспортную артерию. Я неоднократно уже писал об этом, но повторюсь еще раз:  через Кавказ есть два стратегических пути – через Азербайджан, на сегодняшний день самая короткая и обустроенная, или через Карабах – Армению – Грузию – Абхазию. И только от доброй воли Баку, в том числе и в отношении к российско-турецкому кризису, будет зависеть, по какому пути пойдут в Россию и в Европу через Россию дешевые на сегодняшний день персидские товары.

Торговый путь Тегеран – Баку – Москва полностью инфрастуктурно обустроен для потребностей железнодорожного и автомобильного транспорта. То же самое можно сказать и о морских торговых путях Энзели – Баку – Астрахань – Москва или Энзели – Баку – Астрахань – Волгодонск – Ростов-на-Дону – Черное море. Словом, нет никаких препятствий для того, чтобы совместно пожинать плоды международной торговли. Остается только надеяться на то, что ослепление политиков не воспрепятствует будущему совместному экономическому процветанию стран региона. Иначе основной товаропоток из Центральной Азии и Ирана пойдет не через Азербайджан, а по «альтернативному» пути через Карабах – Армению – Грузию – Абхазию. Конечно же, пока этот транспортный путь в инфраструктурном отношении развит слабо, но какие стройки века не осуществлялись ради достижения политических идей? А это будет означать только одно: Карабах уже никогда не станет азербайджанским.

- Как Вы оцениваете попытки Турции играть более активную роль в нагорно-карабахском урегулировании?

- Исключительно как попытки и не более того. Не будем забывать, что Турция с 1994 года является постоянным членом Минской группы ОБСЕ по нагорно-карабахскому урегулированию, но на протяжении двадцати лет от нее в данном вопросе каких-либо реальных инициатив не исходило. Турецкая республика в этом конфликте всегда была на стороне Азербайджана, помогала ему в реорганизации вооруженных сил, подготовке личного состава армии и флота, переобучении офицерского корпуса, словом, делала все, что подготовить Азербайджан  к вооруженной реинтеграции оккупированных территорий. По сути, Турция была и остается последовательной сторонницей военного решения нагорно-карабахского конфликта, а поэтому все ее нынешние попытки вмешаться в этот процесс ведут только у эскалации ситуации.

Справедливости ради следует отметить, что и другие членным Минской группы ОБСЕ, включая ее сопредседателей, активно подогревают градус напряженности в этом регионе. Не буду говорить о провокационных действия дипломатов США, о них было много сказано, скажу о действиях России. В минувшее воскресенье, 27 декабря, в интервью телеканалу «Россия 24» генеральный секретарь ОДКБ Николай Бордюжа заявил о том, что в этой организации планируется через два года ввести принцип ротации генерального секретаря и офицеров объединенного штаба, причем следующим генеральным секретарем организации должен стать представитель Армении. Вообще-то это должно было произойти уже в этом декабре, но из-за незавершенности инфраструктурных преобразований в этой организации Николай Бордюжа остался на своей должности еще на два года.

Не думаю, что эти планы руководства ОДКБ были секретом для ведущих разведок мира, в т.ч. и турецкой. Поэтому активизация Анкары в вопросе нагорно-карабахского урегулирования видится мне вполне обоснованной и логически последовательной. У Азербайджана и его союзников остается два года, чтобы вернуть оккупированные территории. После того, как представитель Армении возглавит ОДКБ, эта страна превратится в полигон для перманентных маневров вооруженных контингентов стран-участниц организации, а реинтеграция Карабаха в состав Азербайджана отложится на неопределенное время. Турецкая республика всегда рассматривала Армению как источник угрозы для своей территориальной целостности, а поэтому в ее действиях по немедленному разрешению нагорно-карабахского конфликта в пользу Азербайджана присутствует геополитическая и геостратегическая логика.

Беда в том, что все эти усилия хронологически совпали с с военно-политическим кризисом в российско-турецких отношениях, а поэтому любые активные действия Анкары в этом направлении будут восприниматься в Москве крайне настороженно и предсказуемо негативно. Очень может быть, что действия турции преследуют цель втянуть НАТО в урегулирование нагорно-карабахского конфликта и тем самым усилить присутствия Североатлантического альянса в Закавказье. Будем откровенны, до 2015 года армяно-азербайджанский конфликт для Европы и США был явлением локальным и периферийным, но в нынешних событиях на Большом Ближнем Востоке он превращается в удобный инструмент давления на Россию, которая, выиграв в Сирии, может потерпеть военно-политическое поражение в Карабахе.

Пока Россия объективно не готова жертвовать интересами Армении, но в быстро меняющейся международной обстановке смена внешнеполитической позиции и ориентации Кремля также может быть стремительной. Кто еще полгода назад мог предположить, что Ирак станет союзником России по антитеррористической коалиции? Тем более, что в одном из своих последних интервью журналисты Владимиру Соловьеву президент Владимир Путин заявил, что в мире больше нет «хороших» и «плохих парней», и «нужно договариваться со всеми», а поэтому действия Москвы на международной арене могут быть зигзигообразными.

- Стремительное обесценивание национальной валюты Азербайджана приведет к обострению социально-экономических проблем в стране?

- Странный вопрос. Ответ на него может быть только один: «Да». Я достаточно регулярно занимаюсь мониторингом азербайджанской прессы и русскоязычного контекста азербайджанского сегмента социальных сетей, и это позволяет видеть реакцию населения страны на девальвацию национальной валюты. Уже в «черный понедельник» на аптеках Баку появились объявления, что цены на все лекарства выросли на 50 процентов, даже на те, что произведены в стране. Россия полгода назад также перешла на плавающий курс иностранной валюты, но такого, я бы даже сказал, огульного повышения цен не произошло, даже на товары из-за границы. Торговцы умерили свои аппетиты сообразно покупательной способности населения и забыли о сверхприбылях. В России это достигалось и за счет административных мер. У Азербайджана нет иного пути, как последовать довольно-таки успешному примеру России, благо на межправительственном уровне между нашими странами есть полное понимание и взаимодействие.

Я уверен, что Азербайджан достаточно быстро и сравнительно безболезненно пройдет период адаптации к новым социально-экономическим условиям. В конце концов, люди моего возраста имеют опыт выживания, приобретены в 1990-е, сразу после распада СССР. Для года назад, после воссоединения России и Крыма, азербайджанские журналисты спросили у меня, как я лично переживаю последствия западноевропейских экономических санкций. Формулируя ответ на их вопрос, я понял, что основная проблема заключается в субъективной реакции каждого человека на изменившиеся условия жизни. Два года назад я перестал покупать в магазине полуфабрикаты, начал «с нуля» варить супы и каши, после чего расходы на питание стабилизировались. Это произошло со многими людьми в России. Жители Азербайджана пойдут по тому же пути, откажутся от некоторых привитых сравнительно сытой жизнью «мелкобуржуазных» привычек, сформированных за последние годы ритейлерами, и быстро стабилизируют баланс доходов и расходов, как это произошло и с жителями России.

Конечно же, девальвация национальной валюты неблагоприятно скажется на среднем бизнесе Азербайджана, который был завязан на закупке предметов потребления из-за рубежа. Крупный бизнес особых потерь не понесет, мелкий, сосредоточенный в сфере услуг, – тоже, поскольку люди никогда не откажется от удовлетворения своих первоочередных бытовых потребностей. На постсоветском пространстве средний бизнес базируется, как правило, на административных ресурсах и административной ренте, во многом является паразитическим, не влияющим инфрастурктурно на экономику страны. Его гибель принесет разорение нескольким тысячам семейств чиновников и аффилированных к ним «доверенных лиц», но на общий бизнес-климат в Азербайджане это не повлияет.

- Президент Азербайджана выступил активно за необходимость либерализации экономики, объявив, что «будет ужесточена борьба с монополизмом как во внутреннем производстве, так и в импорте». Как Вы думаете, приведет ли либерализация экономики к улучшению бизнес-климата в стране?

- Как показывают биржевые исследования, точнее – как говорят учебники по биржевому делу, политические заявления государственных деятелей и внутриполитическая ситуация в стране составляют до трети стоимости любой национальной валюты. Политика влияет на экономику, а если быть более точным, то на макроэкономику, через создание благоприятных условий для функционирования бизнеса. Но в этом деле только одними заявлениями не обойтись, власть и государство в целом должны взять на себя поистине титанический труд по законодательному оформлению новой экономической модели страны. Опыт России показывает, что требуется принятие сотен законов и тысяч подзаконных актов, чтобы внешние и внутренние инвесторы поверили в стабильность ситуации и необратимость перемен. Пока заявление президента Ильхама Алиева – это первых шаг на долгом пути экономических реформ, но как сказал в свое время Конфуций, «путь в тысячу ли (миль) начинается с первого шага».

Либерализация и диверсификация экономики – процесс долгий, ресурсоемкий, и ждать от него немедленных результатов не приходится. Не стоит забывать, что в Азербайджане развито производство средств производства, хотя присутствует и производство средств потребления. Основу азербайджанской экономики составляет энергетика, а модернизировать эту отрасль очень сложно, поскольку от нее зависят многие иные сферы производства и жизнеобеспечения страны. Сделать это за год, два или даже пять вряд ли будет возможно, по крайней мере, опыт России наглядно это показывает. Конечно же, территория Азербайджана не сопоставима по размерам с территорией России, но географический фактор вряд ли может сыграть в этом вопросе существенную роль. Поэтому единственной движущей силой на этом пути будет являться политическая воля руководства Азербайджанской республики.

Озвученное заявление президента Ильхама Алиева – проявление наличия политической воли. Возможно, что все мы сегодня являемся свидетелями нового витка экономических реформ в Азербайджане. Но борьба с монополизмом в экономике, и это следует понимать отчетливо, борьбу с административным лобби монополий во властных структурах страны. Недавние громкие отставки в МНБ и Министерстве связи Азербайджана показывают, что у руководства страны присутствует не только политическая воля, но и достаточные ресурсы для того, чтобы в случае необходимости переломить ситуацию «через колено». Если проводить аналогии с новейшей историей России, то для нашей страны показателем управляемости системы стало «дело Михаила Ходорковского», а для Азербайджана в подобном качестве может выступить «дело Джахангира Гаджиева».

Сегодня Азербайджан переживает серьезную социальную модернизацию «сверху», которая вполне может стать предвестницей диверсификации и структурной модернизации экономики страны. В силу национальной специфики эти два фактора в Азербайджане очень сильно связаны между собой, и если президенту Алиеву удастся провести демонополизацию элит, то ему окажется под силу осуществить и демонополизацию экономики. Лично я желаю ему успехов на этом пути ради экономического благополучия азербайджанского народа.

- Как бы Вы охарактеризовали отношения Азербайджана с Западом в нынешних условиях?

- Запад, под этим словом я подразумеваю политиков и бюрократов Европейского Союза и США с прочими союзниками, уже сейчас меняет свое некогда откровенно критичное и даже обструкционистское отношение к Азербайджану. И связано это с ситуацией на Большом Ближнем Востоке, снятием санкций с Ирана и усилением роли России на международной арене. Запад, исподя из своих геополитических интересов в регионе, будет оказывать давление на Баку в целях использовать Азербайджан в качестве «распорки», противодействующей объединению Москва и Тегерана. В этом направлении может быть два варианта развития событий, условно назовем их «либеральным» и «радикальным».

«Либеральный» путь будет направлен на втягивание Азербайджана в геополитическую орбиту Турции в околосирийском конфликте, а через это – на провоцирование его конфронтации с Россией и Ираном. «Радикальный» путь будет заключаться в подталкивании Азербайджана к войне с Арменией за Карабах, а через это – опять же к конфронтации с Россией и Ираном. Как сказал однажды общенациональный лидер Гейдар Алиев, «нефть – это богатство и проклятье Азербайджана», поэтому Запад ни при каких условиях не ослабит давления на Азербайджан, пока не добьется безраздельного контроля над его природными ресурсами.

Я уже не раз говорил и писал о том, что Азербайджан сегодня является объектом активной и целенаправленной психологической войны со стороны Запада, интенсивность которой только будет усиливаться по мере того, как будут прогрессировать кризисные явления в самой Европе. Страны Европейского союза будут и далее следовать в фарватере навязанной им США политики «управляемого хаоса outside of USA» хотя бы потому, что не способны предложить ей какой-то иной интеллектуальной альтернативы. Такую политику они пытаются реализовать в отношении и Азербайджана, и России. Поэтому у наших стран выбора нет, – мы должны отвечать на эту агрессию хотя бы из инстинкта самосохранения.

Беседовал Руслан ПОЛЕТАЕВ


Комментариев еще нет.

Оставить комментарий